.RU

Бретёр (устаревшее) (франц bretteur, от brette шпага), заядлый дуэлянт; человек, ищущий повода для вызова на дуэль; задира, скандалист. 336


Оглавление


Бретёр (устаревшее) (франц. bretteur, от brette — шпага), заядлый дуэлянт; человек, ищущий повода для вызова на дуэль; задира, скандалист. 336


Раздел 1. Культурология как наука

Введение

Культурология (от лат cultura и греческого logos) является важнейшей составной частью современного гуманитарного знания, интегральным элементом полноценного высшего образования. «Хотя человек давно осознал особенность своего существования, выделившую его из природного мира в специфическую, им самим созданную среду, он долго не мог найти точные средства описания и познания этой специфичности. Необходим был целый ряд предпосылок объективного и субъективного характера, чтобы постижение особой сферы человеческого бытия и деятельности по ее созданию и развитию привело к появлению культуроведческой науки. Выделению культурологии в самостоятельную область знания предшествовали длительное развитие наук о человеке и обществе и накопление фактов и наблюдений над его духовной жизнью. В отличие от других областей знания культурология возникла совсем недавно – около ста лет назад. В системе образования нашей страны она утвердилась еще позже – в течение двух последних десятилетий»1.

Современная культурология – это фундаментальная наука, базовая гуманитарная дисциплина, изучающая общие закономерности развития культуры как системы. Культурология – система знаний о сущности, принципах, закономерностях существования и развития, способах постижения культуры.

§ 1. Историческое развитие знаний о культуре

Несмотря на свой статус фундаментальной науки и базовой учебной дисциплины гуманитарного образования государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования, культурология – сравнительно молодая наука. Очень условно можно принять за дату ее рождения 1931 год, когда американский профессор Лесли Уайт впервые прочел курс культурологии в Мичиганском университете. Однако культура стала предметом исследования задолго до этого. Начиная с античных времен, философы ставили и обсуждали вопросы, связанные с изучением культуры: об особенностях человеческого образа жизни по сравнению с образом жизни животных, о развитии знаний и искусств, о различии между обычаями и поведением людей в цивилизованном обществе и в «варварских» племенах. Древнегреческие мыслители не пользовались термином «культура», но придавали близкий к нему смысл греческому слову «пайдейя» (воспитание, образование, просвещение). В средние века культуру рассматривали, главным образом, в контексте религиозных вопросов. Эпоха Возрождения ознаменовалась разделением культуры на религиозную и светскую, осмыслением гуманистического содержания культуры и в особенности искусства. Но только в XVIII в. – веке Просвещения – понятие культуры вошло в язык науки и привлекло внимание исследователей как обозначение одной из важнейших сфер человеческого бытия.

В конце XVII–XVIII вв. «культура» становится философским понятием (Пуфендорф, И.-Г. Гердер, И. Кант), не всегда при этом совпадая со своим терминологическим значением (например, у Д. Вико). Это понятие «занимает свое особое место в постижении человеческого “бытия в мире”, мироотношения. С этим понятием в философию и общественное сознание в целом входят интуиция и идея культуры как обобщенного (тогда, прежде всего, духовно-деятельностного) отличия человека от всего остального мира»2.

Однако большинством философских систем в это время понятие культуры схватывается достаточно абстрактно, на этом уровне культура предстает как «некая предельная и абстрактная сущность, интенциональный объект и слово для констатации всеобщей бытийной специфики человека независимо от конкретного понимания этой специфики и ее философско-теоретического выражения»3. Эта абстрактность и независимость от конкретики проявляется в том, что «в большинстве философий концептуально-сущностная картина человеческого бытия в мире строится через особые системы понятий, обходясь, фактически, без понятия «культура», хотя и используя – самым общим и абстрактным, в сущности, факультативным образом – соответствующий термин. Для большинства философов еще нет никакой необходимости в особой философии (философской теории) культуры. Характерные примеры: философии Гегеля и Маркса, каждый из которых при этом – в духе времени – широко употребляет слово «культура», но концептуально не нуждается в нем»4.

Одним из немногих исключений в этом ряду и «безусловной предтечей современности стала «философия истории», она же, фактически, и «философия культуры» И. Г. Гердера»5. В его работах концепт культуры становится ключевым. Следует сказать, что немецкий философ и историк Иоганн Готфрид Гердер (1744-1803) был одним из первых ученых, кто ввел в научный оборот термин «культура». В его понимании культура содержит в качестве своих частей язык, науку, ремесло, искусство, религию, семью, государство, а исторический процесс «после сотворения человека становится историей человеческого рода, проходящего различные культурные ступени на пути к совершенному и неизменному гуманному состоянию»6.

§ 2. Естественные и гуманитарные науки. Специфика гуманитарного знания: обоснование Г. Риккертом гуманитарных наук как наук о культуре

В XIX в европейской философии сложились 2 типа знаний: 1) естественные науки – науки о природе (естествознание, медицина, технические науки, статистика, экономика) – относились собственно к науке (science). Они опирались на опыт и точные факты, устанавливали объективные законы. 2) т. н. «науки о духе» – занимающиеся исследованием творений человеческого духа. Рассматриваемая со стороны внешнего мира сфера наук о духе начинается там, где духовно-культурная деятельность человека оставляет в природе чувственно воспринимаемые и сохраняющиеся следы. В. Дильтей науками о духе считал те, предметом исследования которых является общественно-историческая действительность. Задачей этих наук является переживание проявлений действительности и их осмысление, постижение, понимание.

Однако, как полагает виднейший представитель Баденской (или Фрайбургской, Юго-западной) школы неокантианства, профессор Фрайбургского (с 1916 – Гейдельбергского) университета Генрих Риккерт, «в противоположность господствующим в философии мнениям, среди ученых-эмпириков все яснее пробивается сознание, что термин “науки о духе” очень недостаточно характеризует неестественно-научные дисциплины»7. Дело в том, говорит Риккерт, что на самом деле «в философии еще почти всюду принято класть в основу, в качестве принципа деления, понятия природы и духа, причем под многозначащим словом «природа» подразумевают материальное, под духом же – психическое»8, а «при помощи понятия психического нельзя ни уяснить себе принципиального различия двух отдельных родов научного интереса». Поэтому Риккерт предлагает «заменить традиционное деление на естественные науки и науки о духе… на науки о природе и науки о культуре», что «лучше всего выражает противоположность интересов, разделяющую ученых на два лагеря»9. Понятие «науки о духе» не отграничивает ни объекты, ни методы этих наук от объектов и методов естествознания, поэтому самое лучшее, по мнению Риккерта, – отказаться от этого термина.

Предложив заменить разделение наук на науки и природе и науки о духе на науки о природе и науки о культуре, Риккерт признает, что это сложная задача, т. к. «широкого философского обоснования наук о культуре не существует до сих пор даже приблизительно в такой степени, как оно имеется в естествознании»10, а «отсутствие прочной основы в этой области еще столь велико, что им даже приходится защищать свою самостоятельность от натурализма, провозглашающего естественнонаучный метод единственно правомерным»11.

В своей знаменитой работе «^ Науки о природе и науки о культуре» (1910) Риккерт излагает основы разработанной им методологии исторического знания, проводит обоснование гуманитарных наук как наук о культуре, прежде всего, исходя из принципиального различения природы и культуры: «… природа есть совокупность всего того, что возникло само собой, само родилось и предоставлено собственному росту. Противоположностью природе в этом смысле является культура как то, что или непосредственно создано человеком, действующим сообразно оцененным им целям, или, если оно уже существовало раньше, по крайней мере, сознательно взлелеяно им ради связанной с ним ценности»12. И это принципиально важно, т. к. разработанная Риккертом методология исторического знания – это, прежде всего, ценностная философия. Риккерт прямо говорит, что «во всех явлениях культуры мы всегда найдем воплощение какой-нибудь признанной человеком ценности»13. По сути, именно признание ценностей в качестве центрального ядра культуры и делает возможным обоснование гуманитарных наук как наук о культуре.

Действительно, знания о культуре не всегда получали статус наук, их называли гуманистикой (humanities) – знания этого типа непосредственно связаны с человеком, с его субъективными предпочтениями и мнениями. Они тоже описывают конкретные факты, но предназначены для постижения смысла и значения событий, памятников, произведений искусства. Гуманистика оперирует не строгими понятиями и категориями, а ценностями, символами, знаками. Ее важной задачей является воздействие на духовный мир человека.

Генрих Риккерт систематизирует учение неокантианцев. Он возводит ценность в ранг универсальной системообразующей категории. То, что нельзя отнести к ценностям, не имеет смысла. Поэтому нельзя смешивать такие понятия, как закон и ценность. Закон отражает что-то типическое, а за ценностью всегда стоит нечто уникальное. Ценность Риккерт определяет как духовную цель, смысловое ядро культуры, а культура понимается как процесс реализации всеобщих социальных ценностей в течение исторического развития, «культура – совокупность объектов, связанных с общезначимыми ценностями»14.

Согласно Риккерту, все феномены бытия можно разделить на два вида: феномены, связанные с ценностями, и феномены, с ними не связанные (ценностно-нейтральные). Феномены, связанные с ценностями, содержащие их, Риккерт называет «благами»15. Совокупность благ и есть культура (а не все, что создал человек). «Объекты культуры» Риккерт назвал благами потому, что в них «заложены ценности», чтобы отличать их, как ценностные части действительности, от самих ценностей (о которых «нельзя говорить, что они существуют или не существуют, но только что они значат или не имеют значимости»16) и от явлений природы, с ценностями не связанных. Если от объекта культуры «отнять всякую ценность»17, то он «станет частью природы»18. Но так как это рационалистическая философия, связывающая всё с познанием, «наше понятие о культуре охватывает все объекты наук о религии, юриспруденции, истории, филологии, политической экономии, то есть всех наук о духе»19. Впоследствии эти науки станут называть гуманитарными. Но Риккерт делает исключение для психологии и технических изобретений, которые к наукам о духе не относятся. Психология оказывается вне сферы гуманитарных наук, так как она рассматривает жизнь души как природу, ценностно-нейтральную.

Риккерт различает два типа наук – науки о природе, изучающие безразличные к ценностям явления (метод которых он называет «генерализирующим»20, обобщающим; дающим возможность образовывать общие понятия путем логического подведения под них единичных явлений); и науки о культуре (у которых «индивидуализирующий»21 метод, или исторический метод, так как этот метод ориентирован на познание неповторимых, единичных, уникальных, особенных явлений, то есть культурных благ, которые уникальны всегда как носители ценностей). На деле, Риккерт развивает идеи своего предшественника, немецкого философа-идеалиста, главы неокантианства Вильгельма Виндельбанда (1848–1915), определявшего философию как «… критическую науку об общеобязательных ценностях»22. Ценности понимаются Виндельбандом как априорные, общезначимые. Разрабатывая методологию наук, Виндельбанд вводит разделение наук на основе метода познания: 1) номотетические – имеющие дело с законами, стремящиеся переходить от частных фактов к общим законам (естествознание); 2) идиографические – изучающие единичные явления в их неповторимости (исторические науки).

Вслед за Виндельбандом, Г. Риккерт выступает против чрезмерной экспансии «науки» во все сферы жизни, против провозглашения естественнонаучных методов единственно правомерными. Он также утверждает общезначимость интуитивных форм в гуманитарном познании. Однако если история должна изображать единичное, особенное, индивидуальное, то как вообще возможна история как наука? Именно «понятие культуры делает возможной историю как науку»23, – отвечает Г. Риккерт.

Отдельно стоит отметить, что Риккерт выступает также против исторического материализма: «… мы легко сможем оценить мнимую объективность этого понимания истории. Оно является скорее плодом политики, нежели науки»24, против «попыток превращения всей истории в экономическую историю»25, против определения культуры как всего лишь «надстройки» над экономическим базисом, не учитывающего принципиально важное ценностное содержание культуры.

Как можно определить, что блага имеют отношение к ценностям? Риккерт формулирует «метод отнесения к ценности»26. Если естествознание устанавливает закономерные, повторяющиеся, типические связи, то науки о духе должны изучать уникальные неповторимые исторические явления. Исторические науки о культуре подразделяют действительность (точнее, уже само индивидуальное) в процессе изучения тоже на два вида – исторически важные индивидуальности и просто разнородное бытие. На существенное и несущественное (к примеру, есть множество стульев, а есть трон Петра I). Без такого отнесения к ценностям невозможны исторические науки. Содержанием познания является не копия действительности, а совокупность существенного. Для историка действительность тоже распадается на существенное и несущественное. Но принцип отбора существенного иной, чем в естественных науках. Для естественных наук – это выявление общего, для истории – это отнесение к ценности.

Оценка явлений культуры, с позиций Риккерта, не означает субъективизма и психологизма; она производится с общей точки зрения. Культурные ценности носят общезначимый, надындивидуальный характер, это ценности, которые признаются всеми членами общества. Культура же, по определению философа, – это совокупность явлений, «в которых воплощена какая-нибудь признанная человеком ценность, ради которой эти явления или созданы, или, если они уже существовали раньше, то взлелеяны человеком»27, в отличие от природы, «совокупности всего, возникшего само собой и представленного своему собственному росту»28. Необходимо добавить, что, по Г. Риккерту, оба метода имеют равное право на существование, «но один – применительно к изучению природы, другой – применительно к изучению культуры»29.

Возникает вопрос, если в науках о культуре изучается неповторимое, как возможно объективное научное знание? Здесь на помощь снова приходит понятие «ценности»: во-первых, понятие «ценности» дает возможность отличить культурные процессы от явлений природы; во-вторых, понятие «ценности» позволяет из множества индивидуальных событий отличить существенное от несущественного; в-третьих, «ценности» обладают значением. Но возникает проблема: сами «ценности» есть нечто изменчивое, они меняются во времени и с каждой культурой (например, ценности средневекового общества и Нового Времени, ценности Запада и Востока и т. п.). Возникает другой вопрос: как можно обосновать «ценность» как что-то «объективное»? Приведем ход мыслей Риккерта в главе «Объективность культурной истории» в работе «Науки о природе и культуре». Риккерт спрашивает: «Если ценности руководят определением существенного и несущественного в истории, как исключить произвол в исторических науках?»30. Любые ценности имеют значение только для ограниченного, пусть и большого количества людей, следовательно, все исторические понятия обладают значимостью лишь для определенного времени и никогда не будут обладать абсолютной значимостью. Понятие «естествознание» тоже является во времени, но мы думаем, что законы естественных наук обладают абсолютной значимостью. Тем не менее, Риккерт полагает, что можно создать всеобщую историю, которая бы изображала развитие человечества не с точки зрения ценностей определенного культурного круга, а с точки зрения ценностей, значимых для всех людей. Отсюда делается вывод, что всеобщую историю можно написать лишь на основе ценностей, значимость которых выходит за пределы ценностей всех имеющихся культур31. Философия, по Риккерту, представляет собой науку о ценностях, которые образуют «... совершенно самостоятельное царство, лежащее по ту сторону субъекта и объекта»32. Цель философии Риккерт видит в том чтобы «исследовать эти ценности как ценности, подвергнуть вопросу их значимость»33. Какие это ценности? «Прежде всего, это ценности, на которых зиждутся формы и нормы эмпирического исторического познания; во-вторых, это ценности, которые в качестве принципов исторически существенного материала конституируют саму историю; в-третьих, наконец, это ценности, которые постепенно реализуются в процессе истории»34.

Фактически, философия как наука о ценностях для Риккерта есть философия культуры. Неокантианцы заложили основы западной ценностной философии вообще и философии культуры в частности. Их заслуга в том, что проблемы культуры к рубежу XIX–XX вв. становятся определяющими для науки, которая будет названа гуманитарной. История, с их точки зрения, может быть только наукой о культуре, так как её объект связан с ценностями, история изучает не просто нечто, но то, что имеет наивысшую значимость для всей истории человечества. Значение баденской школы неокантианства состоит в том, что она не только способствовала обоснованию гуманитарных наук как наук о культуре, но и внесла в гуманитарные науки смысловой «стержень» в виде ценностей.


В XX веке были научно-философские системы, которые практически обходились без понятия «культура», вернее, использовали его абстрактно. Хорошо известны такие системы, которые решают свои задачи без специальной философии культуры (варианты позитивизма, ранняя феноменология, прагматизм и т. д.).

Однако есть и такие направления, особенно в ХХ веке, «что осознанно включают в себя философию культуры, причем в качестве центральной и доминирующей составляющей»35. Сюда можно отнести рассмотренную выше Баденскую школу неокантианства, философию жизни, работы Зигмунда Фрейда. Отто Ранка или Карла Густава Юнга. «Наконец, существуют современные философские системы “культуроцентристского типа”. Для них философия культуры – единственно возможная философия, как реальность культуры – единственная реальность вообще»36. Таковы, например, философия М.М. Бахтина или работы постструктуралистов (Р. Барт, М. Фуко, Ж. Деррида, Ж. Делёз, Ж. Бодрийяр).

§ 3. Ложные представления о культуре (мифологемы идеологического и обыденного сознания)

Пространство абстрактно-философской работы с концептом «культура» тем не менее, закрепило и, к сожалению, законсервировало некоторые давние и далекие от истины предметные и ценностные представления о культуре, превратив их в мифологемы, в «ложные уверенности» идеологического и обыденного сознания. Эти «ложные уверенности» реально преодолеваются только опытом научных исследований культуры. Однако они до сих пор сохраняют актуальность в культурологических работах и особенно учебниках, формируя одностороннее представление о культуре и ее месте в мире. Назовем некоторые из них:

§ 4. Научные исследования культуры

В культурном пространстве мощно заявил о себе другой процесс, другая линия познания культуры – научная. «Гуманитарные науки 19 – начала 20 вв. собрали богатейшую информацию о многообразии конкретных феноменов и ипостасей культуры, ее “содержаний” и “форм”, “функций” и “способов существования”. И для них всё это было не идеальной «сущностью», не умозрительной конструкцией, не “способом описания”, а вполне реальной действительностью, жившей в органическом единстве, сплетении и взаимодействии с обществом и конкретными людьми. Среди гуманитарных наук, эмпирически исследовавших разнообразный мир культурных феноменов, во второй половине 19 – начале 20 вв. определился естественный лидер – этнография (этнология). Именно ей удалось внести наибольший вклад в накопление существенных представлений не только об отдельных феноменах культуры, но и о многих конкретных культурах и даже культуре “вообще”. Это стало возможно, во-первых, потому, что этнография изучала весь комплекс повседневной жизнедеятельности так называемых примитивных обществ (народов), что позволило увидеть данность, работу и единство многих составляющих культуры разом (традиции, обычаи, ритуалы, верования, знания, мифология, искусство, производственные и бытовые технологии и т. п.), то есть культуру как реальное (живое и действующее) целое, как и ее всепроникающий характер, “слитость” с общественной жизнью, с социальными формами. Во-вторых, этнография, одновременно изучая и сравнивая множество народов (этнических обществ), убедилась в объективном и атрибутивном характере культуры для любого общества и, с другой стороны, – в существовании множества (соизмеримых со множеством самих обществ) культур. В-третьих, сравнивая культуры, этнография убедилась в объективном сходстве их задач-функций (при большой вариабельности средств, используемых при выполнении последних), следовательно, в их единой природе и общей сущности. Закономерно, что именно в этнографии родилось первое научное эмпирически-описательное определение культуры – культуры “вообще”, как объективного явления и атрибута общества (определение Э. Тайлора, 1871 г.)»38.

Приведем кратко основные общенаучные результаты конкретных исследований культуры (не только этнографии) – представления, ставшие основополагающими в научном видении культуры, в том числе и для культурологии:

В итоге, важно отметить «онтологически особый, сверхнатуральный и человечески всеобщий статус культуры (= ее сущность) как целесообразно организованного универсума реализованных человеческой деятельностью и ее продуктами ценностей»40.

§ 5. Необходимость культурологии как специфической науки о культуре. Культура как система. Объект и предмет культурологии

С такими обобщенными результатами вошли науки о культуре в XX век. До рождения идеи культурологии и ее реального возникновения оставалось примерно полвека. И как своего рода прелюдия-предчувствие ее необходимости где-то в начале века впервые прозвучало само слово «культурология», произнесенное В. Оствальдом. В следующий раз его уже целенаправленно употребит осознавший необходимость особой науки о культуре Лесли Уайт. Но тут осознание необходимости, идея новой специальной науки важнее слова-названия41.

Важно понять логику становления культурологии, соединившей некогда разные и до поры автономные исследовательские линии-потоки-тенденции «во имя решения качественно новой, специфической познавательной задачи, до того неизвестной, но “вдруг” явившейся и ставшей необходимой»42.

Важным шагом к появлению культурологии, к осознанию необходимости культурологии как науки явились эмпирические наблюдения и интуиции о целостности, внутренней интегрированности культуры (культур) — стали знанием-идеей ее онтологической системности. Сама культурная реальность минувшего века, при всем ее разнообразии и мозаичности, помогала обретению такого видения-понимания: унификация коллективной и личной жизни, ее технико-технологического, организационного, информационного оснащения; соположенность и согласованность (единство) пространственно-временного функционирования различных «сил» и подсистем культуры.

Однако для осмысленного восприятия всех этих «подсказок» культурной реальности понадобилось выработать и укоренить в научном сознании адекватный ее собственной системности интеллектуальный познавательный инструмент – системный метод («подход») мышления. Первые «подступы» к нему и (подчас интуитивные) его попытки уже в начале XX века проявились у П. Флоренского и О. Шпенглера, А. Богданова и молодого М.М. Бахтина, классиков этнологии, культурной антропологии и В.Я. Проппа. Его утверждение в социогуманитарных науках, культура мыслить о феноменах культуры и, особенно, о «культуре вообще» не только логически (технологически) системно, но, прежде всего, сущностно-концептуально: как о реальной системе, исходя из ее объективной онтологической системности и «посредством» этой системности (ее мыслительной репрезентации), – стало необходимой методологической и теоретической предпосылкой появления культурологии.

Связь тут прямая и непосредственная. Если культура – онтологическая система, сложноорганизованное бытийное целое, не сводимое к составляющим ее элементам (компонентам) и даже их совокупности («сумме»), то и ее познание – отдельная и особая познавательная задача, не решаемая конкретными науками о культуре – не «покрываемая» познанием конкретных феноменов, структур и областей культуры, их конкретных отношений друг с другом и с «экстракультурной» реальностью (природой, обществом и человеком). У нее свой особый объект: само это целое (система) в богатстве и собственно системности (единой логике и онтологической связности) его состава (элементов, компонентов), структуры и активности (функционирования, эволюции). При этом конкретные элементы (например, субъекты, институты, программы, артефакты), структуры и способы (виды) активности культуры – объекты традиционных конкретных гуманитарных наук – также «входят» в качестве объектов в этот новый познавательный комплекс, но именно как части целого, носители его системной логики, его «генотипа» и «фенотипа», этим целым в своем реальном существовании «опосредованные». А предметом познания в данном случае выступают: сама системность, системообразующие (объектообразующие) основания, силы и «механизмы», законы и свойства системы, совпадающие с ее сущностной спецификой. Помимо уже названных генерирующих (порождающих) и структурно-функциональных механизмов (способов самоосуществления) системы, это и ее так называемые системные качества. И как без постижения конкретных её составляющих (элементов, структур и функций) нам не понять культуры как целого (на любом онтологическом уровне ее системности: культура этноса, исторического и регионального типа, культура вообще; в любом ее онтологическом масштабе: от культуры человечества через культуру страны (конкретного общества) к культуре его социальных групп и конкретных личностей), так – и в еще большей степени – никакой культурной «конкретики» невозможно понять (объяснить, интерпретировать и оценить), не зная законов и свойств той системы («метасистемы»), которая породила эту конкретику и определила ее системные качества и зависимости.

Всё сказанное можно выразить одной фразой: «процесс познания «мира культуры» открыл в нем (создал) принципиально новые объект и предмет: культуру (ее типологические модификации) как систему и ее (их) законы и свойства, постижение которых и стало (возможностью) целью культурологии»43.

Но для превращения возможности в необходимость «понадобилось осознать еще одну важную вещь. К 20 веку наука пришла к выводу о сущностной связи культуры и человека, о фундаментальной роли первой для возникновения, сохранения (воспроизводства) и развития специфики (специфической сущности и существования) второго. Когда конкретная наука о культуре это поняла и выразила в своих мировоззренческих и методологических установках, она из этнологии стала культурной (социальной) антропологией – наукой не просто о каких-то конкретных (исторически ранних) народах (обществах) и их культурах, что, собственно, и было наукой этнологией. Она стала наукой о культурно-исторических основаниях специфики человека (человеческого рода), ее происхождения и эволюции, о самой этой специфике, выявляемой, прежде всего, на материале «ранних» народов (обществ), о безусловно культурной природе и сущности человека и человеческих сообществ. В результате взгляд на культуру как систему дополнился во всех отношениях существенным пониманием ее основополагающей, универсально-фундаментальной социальной и антропной роли. «Столь значимой и так понятой в своем значении культурой, к тому же далеко выходящей за пределы ранних обществ, непременно, абсолютно необходимо заниматься специально, целенаправленно и системно-всесторонне»44. Как утверждает Л. А. Закс, «так окончательно и навсегда, я уверен, культурология – во всей масштабности, всеохватности и обобщенности своего видения культуры и своих познавательных задач – стала социально-научной необходимостью».

Лучше всего и первыми «эту необходимость, ее масштабы, горизонты и ощутили и осознали культурные антропологи. Ведь они в собственной исследовательской практике невольно и вольно выходили за пределы своей науки. И в плане «объекта», которым для них – в их культуропознающей устремленности – вскоре стала вся история культуры человечества, все типы обществ и культур (Л. Уайт, А. Крёбер, К. Леви-Стросс, К. Гирц и др.). И в плане «предмета»: задавшись вопросом о связи сущностной специфики человеческого рода и культуры, культурная антропология оказалась в зоне бытийно- и мыслительно-предельных реальностей (онтологических систем: природа, общество, человек, культура), их сущностно-системных отношений и связанных с ними фундаментальных проблем «устройства» сложнейшего природносоциокультурного человеческого мира и деятельностной жизни людей в нем. А через них вышла на обобщенное видение всеобщей сущности, универсальных законов и свойств культуры. При этом культурная антропология, а фактически уже культурология, с одной стороны, обнаружила неизбежное пересечение, диалог-спор с обобщающими теоретическими отраслями науки, также, но по-своему, ответственными за познание «мира человека»45.

Само название «культурология» появилось сравнительно недавно – в конце XIX – начале XX в. Его стали использовать многие исследователи. Теоретик английского эволюционизма, этнограф и антрополог Эдуард Тайлор (1832–1917) в книге «Первобытная культура» (1871) назвал одну из глав «Science of Culture» – наука о культуре. Немецкий химик, лауреат нобелевской премии В. Оставльд в труде «Система наук» (1915) предложил именовать науку о цивилизациях «культурологией». В работе «Принципы теории образования» он писал: «Специфические человеческие особенности, отличающие род Homo Sapiens от всех прочих животных видов, охватываются понятием «культура», следовательно, науку о специфических человеческих способах деятельности вполне можно было бы назвать культурологией»46.

Но самая значительная роль в обосновании данной науки и закреплении ее названия как культурологии принадлежит американскому антропологу Лесли Уайту (1900–1975). В 1939 г. в статье «Проблема терминологии родства» он использовал понятие культурологии для обозначения класса явлений, имеющих наряду с функциональным еще и ценностное, символическое значение. Различные материальные предметы – орудия труда, домашняя утварь, книги или картины, существуют как символы и ценности, которые необходимы человеку. Особая способность человека – символизация – позволяет создавать класс явлений, именуемых культурой и изучаемых наукой культурологией. Обоснованию культурологии Уайт посвятил свой труд «Наука о культуре» (1949). «Объяснение культуры может быть только культурологическим. Наука о культуре молода, но многообещающа. Ей еще предстоит многое совершить, если только предмет ее изучения сохранится и продолжит свое движение – вперед и вверх»47. Использование названия «Культурология» по Уайту должно ускорить переход от частных наук к целостному исследованию культуры. Уайт считал, что культурология представляет собой качественно более высокую ступень постижения человека, чем другие общественные науки.

Тем не менее, в современной западной науке название «культурология» не получило широкого распространения и практически не употребляется (несмотря на то, что название появилось именно там), но за последние несколько десятилетий прочно закрепилось в России. Прямой аналог отечественной культурологии в принятых за рубежом классификациях наук выявить сложно, поскольку в отличие от российской традиции, связывающей понятие культуры прежде всего с художественной и просветительской практикой и проблематикой, в западной научной традиции феномен культуры понимается преимущественно в социально-этнографическом смысле.

Основными науками о культуре в Европе и Америке являются социальная и культурная антропология (по российской классификации – нечто среднее между социологией, этнографией и психологией, собственно социология, структурная антропология (в России это назвали бы этнопсихо-лингвистикой), новая культурная история (синтез истории быта с исторической этнопсихологией).

В связи с расширением международных научных и образовательных контактов возникает проблема эквивалентного перевода принятого у нас термина «Культурология» на европейские языки и объяснения его содержания, наполнения. Российская «культурология» безусловно шире западной «Anthropology», но не охватывает полностью понятия «Humanitaria». Определения типа «Cultural Research» или «Cultural Studies» несколько точнее по форме, но мало что объясняют по существу. На сегодняшний день проблема международной верификации российской «культурологии» остается еще не решенной. В любом случае, различные названия лишь подчеркивают процесс становления данной отрасли гуманитарного знания, выделяя философский, исторический, социологический, этнический, антропологический аспекты. В нашей стране культурология как наука продолжает наиболее активно развиваться с 1960-х гг.

В методологическом плане культурология рассматривает бытие культуры в следующих аспектах (по Ю. Н. Солонину и М. С. Кагану):

1) дифференциация феноменов культуры в их системной взаимосвязи, выявление их исторической, антропологической, социальной и духовной значимости, ценностного содержания и знаковой специфики;

2) интеграция явлений в целостном контексте соотношения культуры и цивилизации, выяснение взаимозависимостей и факторов причинной обусловленности;

3) сравнение и сопоставление явлений культуры, теоретическое обоснование компаративистики – для более глубокого понимания культур различных народов, стран и регионов48.

В целом, культурология изучает культуру как сложную системную целостность, элементы которой находятся в разных структурных и функциональных отношениях.

С одной стороны, культурология является эмпирико-индуктивной наукой (от частных фактов к построению общей теории), с другой – гипотетико-дедуктивной (сочетание гипотез с достоверным опытом культуры). Кроме того, культурология также – аналитическая наука, она ищет действительные, а не мнимые факты культуры, проверяет их достоверность, т. е. осуществляет верификацию феноменов культуры.

§ 6. Место и роль философии (общей теории культуры)

Отдельно следует сказать о месте и роли философии (общей теории культуры), в системе знаний о культуре. Если провести аналогию между культурологией и физикой, то общая теория культуры подобна общей физике, а частные культурологические науки соотносятся с ней так же, как отдельные физические науки (механика, электродинамика, термодинамика и др.) – с общей физикой.

Культура – чрезвычайно сложный и многогранный объект изучения. Ее различные стороны и феномены не поддаются четкому обособлению друг от друга. Поэтому границы между отдельными науками о культуре в составе культурологического знания не являются жесткими, строго очерченными. Тем не менее, можно более или менее ясным образом очертить специфику названных выше культурологических дисциплин и их отношение к культурологии как общей теории культуры.

Знания о культуре долгое время формировались в лоне философии. Культурология «отпочковалась» от философии так же, как это произошло в свое время с другими науками – физикой, химией, биологией, социологией. Но науки, обретя самостоятельность, не утрачивают своей связи с философией. Во всякой науке есть философские проблемы. Они касаются ее мировоззренческих оснований и методологических принципов научного познания. Это относится и к соотношению культурологии и философии культуры. Подобно тому как философия физики или философия биологии есть область философских проблем этих наук, так и философия культуры – сфера философских проблем культурологии. К последним относятся вопросы о сущности культуры, перспективах, целях и судьбах ее развития, ее роли в общественной жизни и историческом прогрессе человечества и др. К философии культуры приходится обращаться для обоснования предпосылок, на которых должно строиться научное исследование культуры, для оценки позитивных и негативных моментов в развитии культуры, для формирования идеалов, на которые должно ориентироваться культурное развитие общества и личности, для определения путей и способов движения к этим идеалам. В современной культурологии философские соображения играют гораздо более значительную роль, чем в естественных науках.

В то же время, как пишет Л.А. Закс, «предельный и сущностный для понимания человека и человеческого мироотношения характер культуры, ее интегральный бытийно-функциональный статус “специфического способа существования, воспроизводства и развития человечества” определили неизбежную и объективную имманентную философичность культурологии как общей теории культуры: по языку, уровню обобщения (социальная и человеческая всеобщность), глобальному мировоззренческому горизонту-контексту и, главное, познавательной цели. Поэтому мы имеем дело со сложным, двойственным (условно: “дискретно-континуальным”, единораздельным) отношением культурологии и философии культуры»49.

Общая теория культуры «как центр и ядро культурологии, основа всех ее более конкретных дисциплинарных компонентов – результат органического концептуального единства и творческого взаимодействия философского (культурфилософского) и научного (гуманитарно-научного) “начал”, дискурсов. Для философии культуры за пределами обозначенного философско-научного единства с культурологией остаются сферы ценностно-мировоззренческой интерпретации и оценки социокультурных систем и их “сущностей”, а также, естественно, отношения с другими разделами философии (онтологией, гносеологией, аксиологией и т. д.). Для культурологии же за пределами такого непосредственного единства с философией культуры оказываются частные теоретические проблемы культуры и конкретные культурологические дисциплины: историческая культурология, социология культуры, психология культуры, семиотика культуры, культурная антропология (с рождением культурологии ставшая ее субдисциплиной о жизни реальных людей в культуре, о культуре как основе конкретных образов жизни людей) и прикладная (практическая) культурология. Для всех этих субдисциплин неизбежно философская “общая теория культуры” выступает мировоззренческим и теоретико-методологическим основанием»50.

^ Философская «общая теория культуры» как фундамент субдисциплин культурологии. Субдисциплины культурологии обладают «общекультурной» размерностью и имеют право быть относимыми к культурологии: дело в том, что «конкретность» культурологических дисциплин заключается в выделении в сложном многомерном целом культуры какого-то конкретно-предметного параметра (свойства, «измерения»). В свою очередь, «эти параметры оказываются по-настоящему универсальными, всеобщими для культуры, то есть присущими ей на всех ее уровнях, во всех сферах и подсистемах, для всех ее типов и модальностей. Таковы лежащие в основе конкретных культурологических дисциплин параметры культуры: историзм (историческая изменчивость); социальность (отношение к общественным отношениям и группам); связь с психической реальностью; знаковая опосредованность и воплощенность; укорененность и основополагающая роль естественного языка; этничность; антропность и реализуемость в образе жизни человека; технологичность, или конструктивность»51. Осознание роли других универсальных параметров (свойств) культуры, в свою очередь, может привести к появлению новых культурологических субдисциплин.

§ 7. Основные разделы культурологии

Формирование и развитие культурологии выражает общую тенденцию интеграции научного знания о культуре. Она возникает на стыке истории, философии, социологии, психологии, антропологии, этнологии, этнографии, искусствоведения, науковедения, семиотики, лингвистики, информатики, синтезируя и систематизируя под единым углом зрения данные этих наук. Таким образом, культурология как наука носит междисциплинарный характер. Каждая из наук обогащает культурологию, дополняя специфическими знаниями. Но культурология не просто заимствует знания – она включает их в целостную систему знаний о культуре.

Интенсивный рост разнообразных культурологических исследований во второй половине XX и начале XXI вв. привел к дифференциации знаний о культуре и выделению нескольких взаимосвязанных отраслей. В широком смысле культурология трактуется как комплексная гуманитарная наука или, лучше сказать, как комплекс наук, который охватывает всю совокупность знаний о культуре. Культурология представляет комплекс отраслей или разделов научного знания. Можно выделить несколько основных взаимосвязанных разделов: история мировой и отечественной культуры; история культурологических учений; социология культуры; культурная антропология; психология культуры; семиотика культуры; прикладная культурология.

На теоретическом уровне культурологию также можно разделить на 1) фундаментальную культурологию, «изучающую культуру с целью теоретического и исторического познания этого феномена»52, разрабатывающую категориальный аппарат, методы исследования и т. п.; и 2) прикладную культурологию, «ориентированную на использование фундаментальных знаний о культуре в целях прогнозирования, проектирования и регулирования актуальных культурных процессов, на разработку специальных технологий трансляции культурного опыта и механизмов достижения соответствующего культурным нормативам уровня развития тех или иных форм социальной практики»53. Итак, перейдем непосредственно к обзору основных разделов культурологии.

^ История культуры изучает ход культурно-исторического процесса в разных странах и регионах мира. Она описывает культурные достижения народов, выясняет своеобразие их культур, собирает, анализирует и обобщает обширный фактический материал, на который опирается исследователь, разрабатывая теорию культуры. История культуры самым тесным образом связана с всеобщей историей и составляет, в сущности, одну из важнейших ветвей исторической науки.

В центре ее внимания – «реальный процесс преемственности культурного развития различных эпох, стран и народов. Она дает богатый материал, касающийся многообразия культурных достижений и ценностей, вклада народов в мировую культуру, трудностей и противоречий культурно-исторического процесса в разных регионах мира. История культуры формирует знания о культурном наследии, поисках и открытиях, памятниках материальной и духовной культуры, о ценностях и нормах жизни, идеалах, символах разных народов, исследует истоки культурных явлений, процессы их распространения. Это – передаваемая от поколения к поколению память человечества. Для культурологии этот раздел составляет фундамент теоретических концепций. История культуры тесно связана со всеобщей историей, этнографией, с историей отдельных сфер – техники, науки, нравов, искусства, права, религии, политики, семьи.

Построение истории мировой и отечественной культуры требует от исследователей решения ряда проблем: определения границы между историей общества и историей культуры; описания фактов истории культуры и осознания их смысла; изучения взаимовлияния культур и их национально-этнического своеобразия; установления соотношения между отраслевыми историями культуры и общим культурным контекстом, культурой и цивилизацией»54. Отдельного внимания заслуживает проблема классификации, периодизации и типологии культур, однолинейного (европоцентристского) и полилинейного развития (варианты О. Конта, Г.В. Ф. Гегеля, К. Маркса, Н.Я. Данилевского, О. Шпенглера, А.Д. Тойнби, П.А. Сорокина, М.С. Кагана).

В качестве подраздела культурологии можно выделить историю культурологических учений, которая важна как источник сведений о процессе развития знаний о культуре. Знать ход их исторической эволюции необходимо для того, чтобы оценить сегодняшнее состояние культурологической науки и тенденции ее дальнейшего развития. История культурологических учений, разумеется, неотделима от истории культуры и общей истории. Аналогом этого термина в исторических науках является историография.

История культурологических учений «изучает процесс развития теоретических представлений о культуре и ее закономерностях. Наука о культуре имеет давнюю историю. Уже во многих трактатах Древней Греции и Востока можно обнаружить необычайно точные и глубокие суждения о культуре. Начало осмысления истории культуры человечества связывают с именами уже упомянутых итальянского историка Дж. Вико и немецкого философа Иоганна Гердера, заложивших научные основы теоретического исследования культуры как целостного общественного явления. Впоследствии в разных странах, в первую очередь европейских, было создано множество интересных теорий культуры, культурологических учений, исследование которых может быть так же интересно, как и постижение самой истории культуры. Не всегда те или иные теории были достоверными – часто в них отражались субъективные взгляды и предпочтения авторов, стремящихся представить процесс развития культуры в иллюзорном виде. Нередко культурологические концепции наполнялись тревожными предчувствиями духовного кризиса, распада человеческих отношений, но в тоже время были и восторженные, утопические идеи. История культурологических учений продолжает развиваться»55.

В социологии культуры на первый план выдвигаются вопросы, касающиеся анализа взаимосвязи культуры и социальной, экономической, политической жизни общества. Культура трактуется как система средств, с помощью которых организуется и регулируется совместная жизнь и деятельность людей, социальных учреждений и институтов, как один из важнейших факторов организации и интеграции имеющихся в обществе социальных групп и общества в целом.

Если культурология изучает культуру «изнутри», сосредотачиваясь на ее внутренней структуре, соотношении ее частей и форм, специфике ее содержания и закономерностей эволюции, то социология культуры рассматривает культуру «извне», фиксируя ее внешнее проявление в общественном бытии и стараясь выявить закономерности ее функционирования в обществе.

Этот раздел культурологии «исследует процесс функционирования культуры в обществе, тенденции культурного развития, проявляющиеся в сознании, поведении и образе жизни социальных групп. В социальной структуре общества выделяются группы разного уровня – макрогруппы, слои, сословия, нации, этносы – каждая из которых отличается своими культурными особенностями, стилем и образом жизни»56 (микрогруппы, субкультуры). Поскольку общество распадается на множество групп – национальных, демографических, социальных, профессиональных – постепенно у каждой из них формируется собственная культура, т. е. система ценностей и правил поведения. Малые культурные миры называют субкультурами. Субкультура отличается от доминирующей культуры языком, взглядами на жизнь, манерами поведения, прической, одеждой, обычаями. Различия могут быть очень сильными, но в целом, субкультура не противостоит доминирующей культуре. Субкультура включает ряд ценностей доминирующей культуры и добавляет к ним новые ценности, характерные только для нее. Специфичны гендерные субкультуры мужчин и женщин. Группы людей с отклоняющимся – девиантным – поведением также образуют свои субкультуры. Для современной социологии культуры особый интерес представляет изучение самого феномена субкультуры, исследование конкретных молодежных субкультур, играющих важную роль в процессе социализации и инкультурации. Сравнительно недавно мировая культурология обратила внимание на феномен контркультуры, на его роль в исторической динамике. Контркультура обозначает такую субкультуру, которая не просто отличается от доминирующей культуры, но противостоит, находится в конфликте с господствующими ценностями. Термин «контркультура» используется для обозначения социально-культурных установок, противостоящих принципам «базовой» культуры. В то же время в историко-культурном смысле понятие контркультуры отождествляется с западной молодежной субкультурой 60-х годов, отразившей критическое отношение к современной культуре и отвержение её как «культуры отцов».

Социология культуры воссоздает мозаичность культурной жизни, выявляет динамику развития, основу консолидации или распада, растворения или кристаллизации в них новых ценностей. Важными направлениями социологии культуры являются исследования таких процессов, как динамика демократизации общества, влияние на состояние умов свободы слова, изменение культурных потребностей и интересов человека в условиях урбанизации, глобализации, миграции, экологического и духовного кризиса.

Можно выделить 3 уровня знания в социологии культуры (по Ю.Н. Солонину и М.С. Кагану). Первый уровень характеризует наиболее общие тенденции в развитии современной культуры, распространенные ценности, стили жизни, модели поведения. Второй уровень сосредотачивает внимание на уровнях культуры различных групп, видах культурной деятельности. Третий уровень основан на социологической информации – опроса, интервью, социальной статистики57.

Социология культуры связана с решением практических проблем, она призвана не только выдавать информацию, но и указывать пути преодоления противоречий, привлекать к их решению широкий круг организаторов, работников учреждений культуры. Сложной проблемой социологии культуры является разработка показателей, индикаторов культурного уровня, изменения духовных потребностей. При этом социологу культуры важно не только работать с непосредственно данными – но и строить из этого определенную теорию.

^ Культурная антропология рассматривает жизнь человека в определенной культурной среде и исследует ее воздействие на формирование и развитие личности. В центре внимания находится зависимость психики и духовного мира людей от особенностей культуры, в которой они живут. Изучается роль различных культурных факторов – семьи, системы воспитания и образования, существующих в культуре знаний, норм и ценностей, условий быта и труда, Данные культурной антропологии, проливающие свет на соотношение частного и общего, уникального и универсального в обусловленном культурой образе жизни человека, имеют большое значение для культурологической теории.

В рамках культурной антропологии исследуется исторический процесс взаимоотношений человека и культуры, адаптации человека к окружающей культурной среде, становление духовного мира личности, воплощения творческих потенциалов в деятельности в деятельности и ее результатах. «Культурная антропология выявляет узловые моменты социализации, аккультурации и инкультурации человека, специфику каждого этапа жизненного пути, изучает влияние культурной среды, систем образования и воспитания, роль семьи, сверстников, поколения»58.

В рамках объяснительного подхода в культурной антропологии главным направлением научного поиска становится изучение процессов социализации в условиях разных культур, влияние природной и культурной среды на духовный мир чел, особенности национального характера, взаимодействия экологии и этноса. Исследователи психоаналитической школы (З. Фрейд, Э. Фромм, А. Адлер, О. Ранк. К.Г. Юнг и др.) проявляли особый интерес к исследованию взаимодействия естественно-биологических, энергетических и культурных факторов в определении мотивов поведения человека, эмоциональных состояний тревожности, беспокойства, агрессивности, а также любви, надежды, к выяснению социальных и психологических механизмов творчества, одаренности.

В новейшей культурной антропологии особый интерес представляют работы основателя трансперсональной психологии С. Грофа, который «сделал предметом науки психологические измерения религиозного и мистического опыта»59. Теоретические разработки трансперсональной психологии (такие как глубокий анализ «систем конденсированного опыта»60, исследования «базовых перинатальных матриц»61, определяющих всю дальнейшую жизнь человека) важны для нас не только указанием на переориентацию научного знания в область таких состояний психики, которые ранее не входили в предмет рационального анализа, но и прикладным значением – служить продуктивным психотерапевтическим средством и быть психологическим методом развития личности.

Представители этнологической школы (М. Мид. Г. Рокхайм и др.) делали акцент на изучении мира детства, как ответственного периода в освоении культуры. М. Мид выделяет постфигуративную культуру (подрастающее поколение перенимает опыт у старших – это традиционная культура), конфигуративную (дети учатся еще и у сверстников – это культура настоящего), и префигуративную культуру (не только дети учатся у родителей, но и родители у детей – это культура будущего).

В рамках описательного подхода культурная антропология является наукой о развитии человеческой культуры в форме культур разных народов. Создатель этой школы культурной антропологии американский этнограф Ф. Боас считал ее разновидностью философской антропологии, как учения о природе человека. В этом смысле культурная антропология «ориентируется на учение о человеке как творце и носителе культуры, исходит из взаимозависимости человека и культуры, из учета изменчивости человеческой сущности под воздействием конкретно-исторического многообразия культур»62.

Антропология, как наука о происхождении и эволюции человека и об образовании человеческих рас, «объяснила очень многое в зарождении культуры, вскрыла ее биологические корни. Антропологический подход является одним из первых в изучении культуры. Занимаясь истоками человечества и первобытным обществом, антропологическое направление в культуроведении (Г. Спенсер, Э.Б. Тайлор, Л.Г. Морган) пришло к важному выводу о сходстве материальных памятников ископаемого человека, мифологии и фольклора разных народов, подтвердив тем самым тождественность человеческой природы и единство первобытного мышления на всей планете. Это дало прочную теоретическую основу для борьбы против расизма, национализма, колониализма и других течений общественной мысли, враждебных самой идее культуры»63. Культурантропологический подход обстоятельно разработан в трудах Б. Малиновского, К. Леви-Стросса, А. Кребера, К. Клакхона и др.

^ Психология культуры – перспективное направление на стыке психологии и культурологии, «ставящее проблему единства человеческой психики и культуры»64. Задача психологии культуры состоит в объяснении различных сторон человеческой культуры (искусства, религии, языка, экономики, общества и т. д.) с психологической точки зрения.

Содержательно выделившись на рубеже XIX и XX вв. (К.Д. Кавелин, Г.Г. Шпет, Л.С. Выготский и др.), психология культуры прошла вековой путь развития, так и не обретя четкой дисциплинарной структуры. «Магистральное стратегическое направление ее развития можно определить как создание рекурсивной модели культуры в психике/психики в культуре»65. Однако, по замечанию Ю. М. Шилкова, работающего в рассматриваемой области, «утверждать, что психология культуры в качестве специализированной дисциплины уже приобрела “права гражданства” в сообществе научных знаний, было бы преждевременно»66. Так, современная психология культуры негомогенна, в ней наличествует параллелизм приращения научного знания, поскольку развиваются две психологии культуры – «психологическая» и «культурологическая». После укрепления методологической базы психолого-культурологического знания вопрос дисциплинарной экспансии, вероятнее всего, будет стоять не так остро. Тем не менее, попытаемся выделить основные аспекты психологии культуры.

В центре внимания психологии культуры как науки – психологические особенности феноменов культуры, психологические механизмы формирования и функционирования отдельных культурных феноменов и культуры в целом. В качестве предмета выступают как актуальные культурные феномены, так и динамические процессы, происходящие в культуре. Цель изучения заключается в формировании междисциплинарного исследовательского пространства, захватывающего области психологии, культурологии и других наук и дающего возможность описывать и изучать культурные феномены с использованием научного аппарата как психологии, так и культурологии. Культуролог Ф.Т. Михайлов пишет, что следует «выйти за пределы предмета психологии... чтобы искать и найти вне его пределов настоящий исток ее метафизических (всеобщих) проблем. То есть искать и найти его там, где навечно сохраняют себя предпосылки возникновения и постоянного воспроизводства человеческой субъективности как таковой. Где психика – лишь модус той порождающей силы, которая и по сей день очеловечивает человека с начала его бытия и непрерывно. То есть в постулате фундаментальной культурологии»67. В этом контексте можно говорить о совпадении дискурсов психологии и культурологии, поэтому чаще всего работает следующая модель: пересечение дисциплинарных интересов порождает особую область, в которой исследовательские языки разных наук сопрягаются относительно легко, не требуют обширных «переводческих комментариев»68. Другими словами, психология и культурология комплементарны по отношению друг к другу, но не по всему фронту, а на отдельных участках, связанных с рассматриваемым понятием. Несомненно, «общая земля» обогащает обе дисциплинарные сферы.

Психология культуры все активнее реализует установку на взаимосогласованность, переплетенность различных научных теорий и множественность методологических ориентиров (парадигмальную толерантность); выработку общенаучного языка, адекватного и для естественно-научного, и для гуманитарного знания; сверхрефлексивность, т. е. способность критического самоосмысления в меняющихся исследовательских контекстах; герменевтический стиль мышления.

Методологический аспект психологии культуры «затрагивает характер осмысления системности предметов взаимодействующих “материнских” наук – психологии и культурологии. Системный подход к анализу психики справедливо считать его методологической платформой, поскольку “системные исследования выражают форму познания психического, адекватную его природе”. Этот тезис был убедительно доказан в трудах корифеев психологической науки (В.М. Бехтерева, Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, А.Р. Лурия, С.Л. Рубинштейна и др.) и детализирован в многочисленных профильных работах современных исследователей»69.

^ Семиотика культуры. Говорить о семиотике культуры – значит говорить о культуре как о знаковой системе, а любые культурные явления рассматривать как тексты, несущие информацию и смысл. Понимать какую-либо культуру – значит понимать ее семиотику, уметь устанавливать значение используемых в ней знаков и расшифровывать тексты, составленные из них. Под словом «текст» в семиотике культуры понимается не только письменное сообщение, но любой объект – произведение искусства, вещь, обычай и т. д., – рассматриваемый как носитель информации. В семиотике культуры культуру можно определить как «социальную информацию, которая сохраняется и накапливается в обществе с помощью создаваемых людьми знаковых средств.

Семиотика (от греч. semeion – знак, признак, semeiotos – обозначенный) – наука, исследующая свойства знаков и знаковых систем, а также о языках естественных и искусственных языках как знаковых системах. Знаковыми системами, изучаемыми семиотикой, могут быть не только естественные и искусственные языки, но и системы предложений научных теорий, химическая символика, алгоритмические языки и языки программирования, информационные языки, системы сигнализации в человеческом обществе и животном мире (от азбуки Морзе и системы знаков уличного движения до языка пчел или дельфинов).

В семиотике, «основа и основная ось понятия культуры – естественный язык. Кроме того, что язык снабжает «сырым» материалом многие вторичные моделирующие системы, естественный язык – единственное средство, с помощью которого все системы могут быть интерпретированы, закреплены в памяти и введены в сознание индивида и группы»70. Ввиду его особого значения, язык может быть назван первичной моделирующей системой, в то время как остальные системы могут быть названы вторичными. Связь между первичной и вторичными системами может быть определена онтологически (ребенок овладевает языком до овладения другими культурными системами). Вторичные системы строятся по образцу естественного языка или, по крайней мере, могут быть представлены как возникшие таким же образом.

Культурные системы и язык называются моделирующими системами; это означает, что они суть средства, с помощью которых человек познает, объясняет и пытается изменить мир вокруг себя. Они позволяют человеку производить, упорядочивать информацию, обмениваться ею и хранить ее. Понятие моделирования, следовательно, включает как обработку, так и передачу информации. При этом информацией называется не только знание, но и духовные ценности и верования.

^ Прикладную культурологию отличает практическая направленность: она занимается вопросами работы учреждений культуры (музеев, библиотек, клубов и т. д.) и организации разнообразных культурных мероприятий (зрелищ, фестивалей, праздников и пр.), проблемами менеджмента в сфере культуры и культурной политики государства. В прикладной культурологии на основе общих теоретических представлений о культуре проводятся конкретные исследования, связанные с диагностикой культурных интересов и запросов публики, с культурологической экспертизой рекламы, содержания СМИ, систем образования, социальных проектов и реформ.

Прикладной уровень культурологического познания формировался в XX в. в развитых странах мира в рамках практического применения результатов культурной и социальной антропологии. В прикладной культурологии формируются такие направления исследований, как «управление культурой, социокультурное проектирование, культуроохранная деятельность, социокультурная реабилитация, социокультурные аспекты образования, культурно-просветительская и досуговая работа, музееведение, библиотечное, архивное дело, разработка культурной политики»71. Методы и формы прикладной культурологии «способствуют преодолению негативных тенденций в современном обществе, снижению тревожности и напряжения, связанных с природными и техногенными катастрофами, применяются в профилактике наркомании и алкоголизма, преступности, предотвращения межнациональных и межконфессиональных конфликтов»72.

Прикладная культурология включает в себя культурологию личности, культурологию семьи и быта, культурологию социальной жизни, культурологию общения, культурологию досуга и иные направления вовлечения человека в мир культуры. Социально ориентированная культурная политика, утверждения культуры во всех сферах жизнедеятельности, подготовка специалистов социально-культурной сферы, создание благоприятной культурной среды, нравственно-эстетическое воспитание и формирование умений и навыков культурной деятельности у подрастающих поколений опираются на философию, социологию, психологию, педагогику, теоретическую культурологию, другие направления гуманитарного знания, но ведущей дисциплиной, обеспечивающей научное осмысление этих процессов, выступает прикладная культурология. Это направление науки и социальной практики приняло на себя разработку методологии, методики и организации социально-культурной деятельности, раскрытие механизма изучения, удовлетворения и последовательного возвышения духовных интересов и потребностей людей, обоснование технологии вовлечения человека в процесс освоения и воссоздания ценностей культуры, в социально-культурное творчество.

^ Целевая установка прикладной культурологии — вовлечение человека в мир культуры. Содержание этого процесса в основе своей составляет социально-культурная деятельность, а методика осуществления поставленной цели строится на принципах социальной педагогики, на технологии педагогики сотворчества.

Как наука о культурных процессах, закономерностях их протекания и механизмах регулирования, прикладная культурология обращена к практической, повседневной культуре, обеспечивая устойчивую регуляцию социально-культурного бытия в сфере труда, познания, общения, семейных отношений, социального, технического, художественного творчества, досуга, иных областей жизнедеятельности. Она призвана придать нравственно-эстетический смысл изучаемым на разных этапах обучения наукам, а в условиях профессиональной деятельности — раскрыть ее социально-культурные аспекты. Она может и должна способствовать выявлению приоритетов национально-культурного развития, стимулировать решение многих других задач совершенствования социально-культурной практики.

^ В настоящее время изучение культуры в ее разнообразных аспектах ведет к дальнейшему росту дифференциации культурологического знания. Возникают новые направления культурологических исследований, которые имеют тенденцию приобретать статус особых наук: психология культуры, культурная лингвистика, культура семьи, культура детства, культура труда, культура досуга и т. п. Культурологические науки развиваются в междисциплинарных связях с философией, историей, этнографией и другими социально-гуманитарными науками.

Контрольные вопросы

  1. Чем гуманитарные науки отличаются от естественных наук?

  2. В чем состоит необходимость культурологии как специфической науки о культуре?

  3. Каковы роль и место культурологии в системе гуманитарного знания?

  4. Назовите объект и предмет культурологии

  5. В чем заключается междисциплинарный характер культурологии?

  6. Определите основные разделы культурологии.

  7. Чем занимается история культуры?

  8. Опишите предметное поле социологии культуры.

  9. Выявите цели и содержание культурной антропологии.

  10. Чем занимается психология культуры и семиотика культуры?

  11. Зачем нужна прикладная культурология?

Литература

  1. Антология исследований культуры. В 2 т. Т. 1. – СПб. : Университетская книга, 1997. – 728 с.

  2. Закс Л.А. К самоопределению культурологии и нашим дискуссиям о ней / Л.А. Закс // Сетевое сообщество «Российская культурология» [Электрон. ресурс]. – Режим доступа: http://culturalnet.ru/f/viewtopic.php?pid=3222

  3. Каган М.С. Философия культуры / М.С. Каган. – СПб. : Петрополис, 1996. – 416 с.

  4. Кононенко Б.И. Большой толковый словарь по культурологии / Б.И. Кохановский. – М. : Вече-2000 ; АСТ, 2003. – 512 с.

  5. Кохановский В.П., Лешкевич Т.Г., Матяш Т.П., Фатхи Т.Б. Философия науки в вопросах и ответах. – М., 2007. – 352 с.

  6. Кравченко А.И. Культурология / А.И. Кравченко. – М. : Академический Проект, 2002. – 496 с.

  7. Культурология : Учебник / под ред. Ю.Н. Солонина и М.С. Кагана. – М. : Юрайт–Издат, 2005. – 566 с.

  8. Риккерт Г. Науки о природе и науки о культуре / Г. Риккерт // Культурология ХХ в. Антология. – М., 1995.

  9. Руднев В. Словарь культуры XX века / В. Руднев. – М. : Аграф, 1997. – 384 с.

  10. Уайт Л. Избранное: Наука о культуре / Л. Уайт. – М. : РОССПЭН, 2004. – 960 с.

  11. Флиер А.Я. Культурология для культурологов / А.Я. Флиер. – М. : Академический Проект, 2000. – 459 с.


eduard-kokojti-ya-bez-dvojnogo-dna-takoj-ya-stolica-novosti-26-09-2008-markov-eduard-21-30-6.html
eduard-predprinimatel-obiknovennij-nachinayushij-muzh.html
educating-lawyers-kolihalova-o-a-makaev-v-v-k60-anglijskij-yazik-uchebnik-dlya-studentov-i-aspirantov-gumanitarnih.html
education-in-england-and-wales-umk-dlya-gumanitarnih-specialnostej-ggpi.html
edva-stupiv-na-omskuyu-zemlyu-g-n-rokko-imel-vozmozhnost-poobshatsya-so-studentami-1-i-2-kursov-otdeleniya-kommercii-omgu-perevodchika-ne-ponadobilos-amerikansk.html
edvard-karr-russkaya-revolyuciya-ot-lenina-do-stalina-1917-1929-stranica-3.html
  • writing.bystrickaya.ru/american-government-and-politics-essay-research-paper.html
  • holiday.bystrickaya.ru/novosti-nezavisimaya-gazeta-avtor-ne-ukazan-09042008-073-str-3-gosduma-rf-monitoring-smi-9-aprelya-2008-g.html
  • writing.bystrickaya.ru/dogovor-energosnabzheniya-v-rossijskom-grazhdanskom-zakonodatelstve.html
  • desk.bystrickaya.ru/osnovnaya-obrazovatelnaya-programma-visshego-professionalnogo-obrazovaniya-napravlenie-podgotovki-032700-filologiya-stranica-8.html
  • turn.bystrickaya.ru/otchyot-za-pervoe-polugodie-2010-2011-uchebnogo-goda-stranica-12.html
  • lecture.bystrickaya.ru/543-elektroschetchik-pm175-kompleks-energosfera-programmnoe-obespechenie-server-oprosa-rukovodstvo-polzovatelya-versiya-59-0.html
  • vospitanie.bystrickaya.ru/yazvennaya-bolezn.html
  • uchit.bystrickaya.ru/spravochnik-s-kommentariyami-k-federalnomu-zakonu-ot-6-oktyabrya-2003-goda-131-fz-ob-obshih-principah-organizacii-mestnogo-samouparvleniya-v-rossijskoj-federacii-stranica-5.html
  • letter.bystrickaya.ru/mihail-veller-stranica-9.html
  • institut.bystrickaya.ru/tehnicheskoe-zadanie-dlya-provedeniya-elektronnogo-aukciona-na-pravo-zaklyucheniya-stranica-9.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/mnogoagentnie-sistemi-process-samoorganizacii-v-mnogoagentnih-sistemah-chast-3.html
  • letter.bystrickaya.ru/metodicheskoe-posobie-po-discipline-prakticheskij-kurs-inostrannogo-yazika-ozo-4-kurs.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/razgrom-ino-v-1939-godu-evgenij-aleksandrovich-gorbunov-shvatka-s-chernim-drakonom-tajnaya-vojna-na-dalnem-vostoke.html
  • student.bystrickaya.ru/27-analiz-raboti-6-klassa-polozhenie-o-klassnom-rukovoditele-obsheobrazovatelnogo-uchrezhdeniya-10.html
  • student.bystrickaya.ru/23-biznes-plan-registraciya-predpriyatij-v-ukraine.html
  • uchenik.bystrickaya.ru/314-kontaktnaya-informaciya-115088-rossiya-gorod-moskva-ulica-sharikopodshipnikovskaya-13-informaciya-soderzhashayasya.html
  • laboratornaya.bystrickaya.ru/rabochaya-programma-disciplini-socialnoe-strahovanie-rekomenduetsya-dlya-napravleniya-podgotovki-080100-ekonomika.html
  • pisat.bystrickaya.ru/uchebnaya-programma-dlya-visshih-uchebnih-zavedenij-po-specialnosti-1-31-03-06-ekonomicheskaya-kibernetika-po-napravleniyam.html
  • university.bystrickaya.ru/glava-2-osnovnie-metodologicheskie-voprosi-v-p-narezhnij-ispolzovanie-prirodnih-resursov.html
  • literatura.bystrickaya.ru/sem-lekcij-po-istorii-sociologii-m-martis-1995-204-s.html
  • institute.bystrickaya.ru/glava-xv-grazhdanin-mira.html
  • ekzamen.bystrickaya.ru/ris-2-parametri-konkurentosposobnosti-produkcii-plan-lekcii-vzaimosvyaz-kursa-s-profiliruyushimi-disciplinami.html
  • textbook.bystrickaya.ru/klyuchi-k-zadaniyam-uchebnika-russkij-yazik-5-elementov.html
  • textbook.bystrickaya.ru/kirgiziya-24kg-23032012-akilbek-zhaparov-v-kirgizstane-pensionnaya-reforma-ne-opravdala-vozlozhennih-na-nee-nadezhd.html
  • teacher.bystrickaya.ru/etiket-chast-5.html
  • crib.bystrickaya.ru/klinicheskoe-issledovanie-l-m-krol-nauchnij-konsultant-serii.html
  • zanyatie.bystrickaya.ru/sistemi-zashiti-informacii-chast-6.html
  • urok.bystrickaya.ru/prezidium-visshego-arbitrazhnogo-suda-rossijskoj-federacii-postanovlenie-ot-12-iyulya-2011-g-n-90211.html
  • kontrolnaya.bystrickaya.ru/proverka-znanij-prikaz-ot-24-marta-2003-g-115-zaregistrirovano-v-minyuste-rf-2-aprelya-2003-g-4358-ob-utverzhdenii-pravil.html
  • literature.bystrickaya.ru/erteg-sir-sherted-zhazdibaeva-mariya-botajizi-p-k-docent.html
  • knowledge.bystrickaya.ru/norma-prava-chast-6.html
  • bukva.bystrickaya.ru/tehnologii-sozdaniya-setej-chast-38.html
  • composition.bystrickaya.ru/operacionnaya-sistema-unix.html
  • pisat.bystrickaya.ru/spravochnika-rabot-i-professij-rabochih-vipusk-1-stranica-26.html
  • uchit.bystrickaya.ru/tema-31-kanonicheskie-i-nekanonicheskie-zhanrovie-strukturi-epopeya-i-roman-kanon-i-vnutrennyaya-mera.html
  • © bystrickaya.ru
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.